4b1aa90b

Ибрагимбеков Максуд - И Не Было Лучше Брата



Магсуд Ибрагимбеков
И НЕ БЫЛО ЛУЧШЕ БРАТА
Окрашенные темной охрой котлы на плоской крыше белого двухэтажного здания
бани возвышались над всем этим отдаленным районом города. Их монотонный рокот
днем и ночью разносился над окрестными кварталами и был слышен в любом дворе
даже тогда, когда налетал норд.
Жители улицы привыкли к шуму котлов и обычно не замечали его, баня была
построена в середине прошлого века, и уже пятое или шестое поколение района
преуспевало, плодилось, разочаровывалось, побеждало или проигрывало в
многообразной жизненной борьбе под их шум. Баня здесь была единственной
достопримечательностью, и никого не удивляло, что знатоки и любители настоящей
бани приезжают сюда из самых дальних районов города.
Единственное неудобство, которое причиняла баня в прежние времена, был
дым, четким черным столбом поднимающийся в небо и выстраивающийся затем на
эмалевом голубом фоне в беспрерывно меняющиеся изображения фантастических
деревьев, зверей и птиц. А при ветре коричневая мгла заволакивала улицы и
выпадала на листьях деревьев и развешанном во дворах белье жирными, легко
размазывающимися хлопьями копоти. Никто не жаловался, дым и копоть люди
воспринимали, наверное, как неизбежное следствие закона компенсации, по
которому человеку за все хорошее приходится в конце концов платить, а любой
здравомыслящий человек, в районе же этом жили преимущественно люди
вышеупомянутого склада ума, понимал, что за старинную баню с двух- и
трехкомнатными номерами, сплошь облицованными розовым и нежно-голубым
мрамором, с бассейном в общем зале и лежанками из мрамора тех же цветов, с
высококвалифицированными массажистами и терщиками, а также с чайханой, в
которой с раннего утра до поздней ночи подают прекрасный чай с лимоном, - дым
и копоть очень небольшая плата. Со временем в кочегарке переделали топку и
перешли с мазута на газ. Теперь над трубой медленно переливались густые струи
почти прозрачного раскаленного воздуха, в котором в судорожном танце дергались
и сгорали бумажные воздушные змеи, направляемые сюда руками и волею
инициативных окрестных мальчишек, сразу сумевших оценить и использовать еще
одно и не последнее побочное благо, выпадающее на долю предприимчивых людей,
живущих в период стремительного технического прогресса.
Двор Джалил-муаллима примыкал к зданию бани, к задней глухой его стене.
Двор считался одним из самых лучших в околотке, стараниями Джалил-муаллима он
был сплошь озеленен и ухожен, и, если бы не знать, что это двор городского
дома, можно было бы подумать, что это дачный участок где-нибудь в приморской
части Апшерона, на котором, как водится, произрастают и виноград и инжир. А у
самых заботливых и понимающих "землевладельцев"- гранаты н черный тут. В очень
раннее летнее утро Джалил-муаллим стоял посредине своего двора и с
неудовольствием прислушивался к шуму котлов, который, как ему казалось,
сегодня мешает сосредоточиться и вспомнить сон, увиденный минувшей ночью.
Судя по тем туманным обрывкам, которые мелькали в его сознании и никак не
соглашались соединиться в целое, сон был тоскливым и неприятным, но вспомнить
его все равно хотелось, и Джалил-муаллим ничего с этим мучительным желанием
поделать не мог.
Он прошёлся по двору, рассеянно подвесил виноградную лозу, сорвавшуюся с
талвара, недовольно покачал головой, обнаружив, что одна из кистей сильно
поклевана птицами, потом подошел к огороду - нескольким грядкам общей площадью
пять на четыре метра. Здесь Джалил-муаллим; в зависимо